Show Notes
Новый выпуск «Экономики на слух» – о цифровых финансовых активах (ЦФА), перспективах их развития, новой нише на рынке долга и о том, как технологии позволяют почти мгновенно привлекать финансирование. Наш собеседник – Сергей Рябов, руководитель дирекции ЦФА ВТБ. Рынок цифровых активов в России приближается к отметке 1 трлн руб. – много это или мало? Поспевает ли российский рынок ЦФА за мировым? Как к цифровым активам относится регулятор? Что они дают инвесторам и каким образом могут упростить жизнь хорошим заемщикам? В чем главные возможности и риски для инвесторов и без чего сейчас рынку ЦФА трудно дышать?
01.29 — Как в России появились первые цифровые финансовые активы (ЦФА)
02.53 — Цифровая форма займа: что это и как она работает
03.34 — За ЦФА в России всегда стоит эмитент, который отвечает по обязательствам
04.26 — Рискуют ли российские инвесторы, покупая иностранные ЦФА, такие как стейблкоины
07.22 — Рынок ЦФА вышел на плато продуктивности в конце 2024 г.
09.02 — Сейчас рынок ЦФА оценивается примерно в 850–900 млрд руб.
09.56 — Он будет увеличиваться в 2–3 раза и выйдет на 10–15% роста в год
10.16 — Отметка в 1 трлн руб. – знаковое событие для эмитентов и инвесторов
10.52 — За три года сегмент ЦФА достиг 10% от рынка облигаций, на развитие которого ушло 25 лет
11.47 — Более 80% эмитентов на рынке ЦФА – это банки и другие финансовые институты
13.23 – Сегмент ЦФА может вырасти до 4-5 трлн руб. в 2026 г., и до 6-7 трлн в 2027 г.
14.08 – Без некоторых налоговых поправок рынку ЦФА сложно дышать
15.10 – ЦФА для корпоративного эмитента интересен в первую очередь гибкостью и скоростью
17.47 – Рынок ЦФА – не конкурент рынку облигаций: он дополняет его
18.07 – В среднем выпуск ЦФА составляет 500 млн руб. на 6-9 месяцев
18.27 – Рынок ЦФА меняет скорость привлечение финансирования, вторичное размещение может занять один день
20.16 – ЦФА меняет связь между инвестором и эмитентом
21.15 – За 15 минут можно прочитать эмиссионную документацию по ЦФА и понять, во что ты инвестируешь
25.31 – Инвестор может проникнуться конкретным проектом – новой кофейни или термального комплекса – а не только ориентироваться на доходность
29.52 – ЦФА – это инструмент, который закрывает нишу между кредитами в банках и займами на облигационном рынке
30.21– Рынок ЦФА и рынок облигаций имеют разные весовые категории. Боксер-легковес не получит чемпионский титул среди супертяжеловесов
34.39 – Сколько неквалифицированный инвестор может вложить в ЦФА в течение года
36.07 – Всерьез говорить о развитии рынка токенизации активов реального мира пока невозможно
38.10 – Могут появиться миллионы инвесторов в ЦФА на среднесрочном горизонте и десятки миллионов – на долгосрочном
38.40 – На витрине ЦФА появится инструмент, который позволит инвестору копить на квартиру в квадратных метрах
40.46 – ЦФА – один из ярких инструментов финансового рынка
41.00 – Российский рынок ЦФА идет в ногу с мировым рынком и в чем-то его опережает
43.02 – Мировой рынок цифровых активов превышает $2,5 трлн
43.25 – Весь мир так или иначе вовлечен в рынок ЦФА и проявляет высокий интерес к нему
45.05 – В история токенов было множество и взлетов, и падений, а еще и криптопирамид. Законодательство по ЦФА писали так, чтобы не повторить негативный опыт
48.12– Инвестору желательно оценить надежность платформы, с которой он намерен работать
48.51 На рынке ЦФА все участники проходят аудит Банка России
Главный редактор: Филипп Стеркин
Ведущий: Екатерина Кравченко Продюсирование: Настя Михеева
Производство: студия «Шторм»
Девятнадцатый сезон подкаста выходит при поддержке банка ВТБ.
More from Экономика на слух
«Экономика на слух» после перерыва возвращается в эфир. Как обычно выпуски будут посвящены и теории, и практике. Стимулы, маркетинг, рекрутинг и историю Нового времени обсудим в подкасте про экономику пиратов. Мы попробуем сравнить пиратский крюк с невидимой рукой рынка. И расскажем, как государства породили Золотой век пиратства. Что происходит с глобализацией? В одном из выпусков поговорим про обе ее стороны: про потоки товаров и услуг и потоки людей, то есть миграцию. Обсудим семейный бюджет: как и насколько эффективно в нем распределены роли между супругами и что оказывается для них главным – выгода или гендерные стереотипы. Расскажем, как побудить людей говорить правду, чтобы они не боялись за правду пострадать (спойлер: решение может показаться парадоксальным). Ближе к Новому году мы поговорим о приятном – о подарках и праздниках. А под занавес – о, быть может, не столь приятном: в традиционном выпуске подведем итоги года для российской и мировой экономики.
«Внедряй ИИ!» – это новый девиз бизнеса. Кажется, эта фантастическая инновация должна стремительно повысить производительность бизнеса и снизить нагрузку на его сотрудников. Но пока обещанного чуда не случилось, и даже наоборот – новый универсальный работник часто только мешается под ногами, отвлекает ресурсы, перегружает работой и снижает продуктивность фирм. Почему это происходит, какие ключевые ошибки совершает бизнес и как стремится выполнить и перевыполнить план по внедрению ИИ, чтобы отчитаться перед акционерами, – в новом выпуске «Экономики на слух» с выпускником РЭШ Максимом Афанасьевым. Нейросетями он начинал заниматься еще десятилетия назад, работал с ИИ в международных банках и консалтинге, а сейчас возглавляет финансовый сектор в Азии одной из ключевых американских компаний на рынке искусственного интеллекта. Также Максим занимается исследованиями об ИИ-трансформации в Университете Сингапура и объясняет в нашем подкасте, что же отличает азиатскую модель от западной. Типичные ошибки бизнеса он иллюстрирует конкретными примерами: рассказывает, чем искусственный интеллект кардинально отличается от инноваций прошлого и почему может только увеличить переговорную силу сотрудников и потребителей. Спойлер: мы учимся быстрее корпораций.
В новом выпуске «Экономики на слух» – большой разговор о глобальной энергетике с одним из ведущих российских экспертов – Татьяной Митровой из Центра глобальной энергетической политики Колумбийского университета. На мировую энергетику обрушился идеальный шторм: сценарии, еще недавно казавшиеся апокалиптическими, становятся реальностью, и Ормузский кризис – лишь часть картины. Однако мировая экономика удивительно хорошо держит удар. Что ей помогает и долго ли она еще продержится?
15 сентября 2008 г. гигант инвестиционного бизнеса Lehman Brothers подал заявление о банкротстве – событие, ставшее символом финансовой катастрофы и биржевого краха. Хотя к этому моменту кризис уже набирал силу, мало кто ожидал, что он превратится в Великую рецессию и оставит шрамы, которые с нами по сей день. Почему? Что успокоило регуляторов, рынки и экономистов настолько, что они «проспали» приближающуюся бурю? Ответ на этот вопрос «Экономика на слух» ищет вместе с Олегом Замулиным из Мичиганского университета, одним из основателей Совместного бакалавриата ВШЭ и РЭШ. Мы говорим о том, какой была экономика 20 лет назад, в 2006-м – в мире до начала кризиса, и о том, как Великая рецессия вслед за Великой депрессией продолжила учить макроэкономистов, политиков и центробанки. Как американская мечта о собственном доме мешала остановить разрастание пузыря? И как после кризиса изменились и макроэкономическая наука, и инструментарий центробанков?1.33 – 2006-й – последний год перед кризисом 3.11 – Макроэкономисты заметили финансовый сектор 3.53 – Казалось, ну пусть крах на рынке, как-нибудь справимся 4.51 – Кризис окончательно примирил неоклассиков и неокейнсианцев 5.47 – Отвыкли от кризисов родом из финансового сектора 7.42 – Чему Великая депрессия научила экономистов и регуляторов: сравним два кризиса 10.33 – За 80 лет государство в США успело вырасти 12.16 – Многие экономисты говорили: «Нет, бюджетная политика – это устаревший инструмент, не надо его использовать» 13.07 – Что стало главными инновациями в экономике и финансах 13.30 – Посыпалась теневая банковская система и нужно было ее спасать 15.17 – Привело ли количественное смягчение к инфляции 15.55 – Центральные банки осознали, что у них больше инструментов, чем они думали 17.05 – Развратила ли помощь ФРС банки 18.28 – Опасались, что количественное смягчение просто ничего не даст 19.31 – Денежная политика кардинально изменилась: ФРС из кредитора превратилась в должника 21.55 – Банк выбирает, получить проценты от компании или от ФРС. Почему это не нравится Кевину Уоршу 22.39 – Количественное смягчение нужно было, пока процентные ставки оставались на нуле 25.57 – Что породило эпоху Великой умеренности? Три гипотезы. Первая – повезло 26.46 – Мир научился управлять запасами 31.05 – Главный шрам мирового финансового кризиса. Компании обожглись очень сильно 32.45 – Как центробанку реагировать на внешние шоки предложения 36.20 – Инфляционная спираль: «Ага, процентные ставки на нуле, инфляция ожидается высокая, значит, нужно брать в долг и тратить много денег, потому что возвращать я буду обесценившиеся бумажки» 37.27 – Мир во власти уникальных и совпавших шоков – от пожаров до войн 38.22 – Нужно понимать ограниченность денежной политики 40.11 – Инфляционные ожидания – их роль переоценена? 42.37 – Самосбывающееся пророчество: инфляция придет уже просто потому, что люди ее ждут 43.57 – О нарративах россиян и о том, что инфляционные ожидания могут оказаться как Священная Римская империя – не священная и не римская 44.49 – В современных макроэкономических моделях по-прежнему есть элементы, которые, очевидно, неверны 47.57 – Почему люди в 2006 г. не видели приближающегося кризиса (о том, как надуваются пузыри, читайте здесь) 48.47 – Мы должны понимать, что не знаем, где рванет в следующий раз 49.17 – Что было основными причинами мирового финансового кризиса 49.37 – Слишком долго все было слишком хорошо 50.28 – Финансовые инновации, казалось, приближали американскую мечту – собственный дом. Но в итоге привели к кризису 51.12 – Можно ли назвать пузырь на рынке искусственного интеллекта вариантом CDO 2020-х 54.01 – Что сейчас должно быть «канарейкой в шахте» и есть ли такой индикатор
«Оземпик», «Вегови», «Тирзетта»… Эти и другие препараты для похудения превращаются в мощное социальное явление. Они меняют внешний вид людей, их поведение и представление о красоте, рынок труда и целые сегменты бизнеса. О рынке «волшебных таблеток» и об их влиянии на экономику в новом выпуске «Экономики на слух» рассказывает преподаватель факультета экономических наук Высшей школы экономики Анастасия Деева, изучающая экономические проблемы ожирения. Она сравнивает эти лекарства с философским камнем, от которого некогда ждали вечной жизни и золота. От «Оземпика» и подобных препаратов тоже ждут чудес. Но могут ли они их сотворить? Какой «штраф» платит человек с избыточным весом на рынке труда и меняется ли что-то после похудения? Сколько стоят такие препараты в мире и в России, как устроен их рынок и не охватила ли планету эпидемия похудения? И главный вопрос: кто раскручивает оземпик-манию и какую роль в этом играют фармкомпании?Таймкоды: 2:18 – Как таблетку от ожирения похоронили и что вернуло ее к жизни 4:29 – Рынок, которым правят двое. Почему в России тот же укол в разы дешевле, чем в США 10:57 – Что мы знаем о последствиях, или Эксперимент на миллионах пользователей 15:46 – Как понять, что тебе пора худеть 22:45 – Почему красота имеет значение 27:33 – Штраф срабатывает на входе: что показал естественный эксперимент 33:05 – Кого штрафуют сильнее и кто на самом деле задает стандарты 42:52 – Как одна таблетка держит на плаву экономику целой страны 45:10 – Философский камень похудения: почему в этот раз может быть иначе 48:08 – Как всеобщее похудение меняет экономику 54:39 – Лечим эпидемию ожирения или строим экономику недостижимого идеала?