Генезис украинского кризиса и его значение для постсоветского пространства | Сергей Маркедонов
Внешняя политикаShow Notes
Постсоветское пространство приходит в движение: происходит реконфигурация союзных структур и привычных союзных связей. Это самое крупное состояние турбулентности на территории бывшего СССР с 1991 года. Можно говорить о 2-й волне передела советского наследства и попытках переиграть условия распада.
Украина «проскочила» первую волну постсоветских конфликтов —этнополитическую, в основе которой лежали вопросы о статусе языка и отдельных регионов. Текущий конфликт с самого начала имел статус геополитического, поскольку такая важная в стратегическом плане страна не могла не стать точкой притяжения интересов внешних игроков. По результатам СВО не только будет решаться судьба российских интересов на постсоветском пространстве, но и произойдёт его реконфигурация.
О грядущих результатах СВО, российских интересах и Украинской судьбе после распада СССР слушайте в лекции ведущего научного сотрудника Центра евро-атлантической безопасности ИМИ МГИМО Сергея Маркедонова. Лекция также доступна на YouTube: https://youtu.be/ownuKj9_iMg
Институт международных исследований — ведущее научно-исследовательское подразделение МГИМО МИД России с 1976 года. Мы создаем новые исследовательские центры, чтобы изучать международные проблемы, которые окажут решающее влияние на национальные интересы России. Сегодня ИМИ — это 12 центров, которые проводят страновые и регионоведческие исследования либо изучают глобальные проблемы. Объединенная редакция института выпускает академические журналы «Международная аналитика» и «Ибероамериканские тетради».
Ищите нас в Telegram: https://t.me/imi_mgimo Вконтакте: https://vk.com/imi_mgimo
More from Внешняя политика
Что такое «свободный мир» и почему эта концепция оказалась столь важной для внешней политики США? Как американские представления о собственном месте в мире повлияли на отношения с Европой, Россией и Китаем? И может ли Вашингтон отказаться от либерального универсализма, не отказываясь от сложившейся системы международных связей?
Why do policymakers so often reach for historical analogies — and so often get them wrong? How do nationalism, collective memory and the legacies of empire continue to shape international conflicts? And can foreign policy be guided by realism, prudence and an understanding of the limits of power?
Что значит быть международником сегодня — и каким должен стать исследователь завтра? Почему интеллектуальное дерзновение невозможно без интеллектуального смирения? Как меняется академическая профессия в эпоху искусственного интеллекта? Зачем исследователю сохранять любопытство, изучать историю и выходить за пределы собственной специализации? И какие качества помогут понимать мир через 10, 20 или 50 лет?
В каком мире мы живём сегодня — и что будет определять международные отношения в ближайшие десятилетия? Как меняются Китай, Африка, Европа и постсоветское пространство? Почему данных становится всё больше, а знаний — не всегда? Может ли искусственный интеллект заменить исследователя? Зачем международнику сохранять связь с «полем»? И почему генеративный ИИ иногда напоминает йогуртовую закваску, которую слишком много раз использовали заново?
Почему нынешние отношения России и Китая называют лучшими в истории — и почему «лучшие» не значит «идеальные»? Как две страны прошли путь от первых контактов, столкновений, трудностей перевода и чайной торговли до современного партнёрства — и что сегодня делает его устойчивым?